Геополитическая напряженность в районе Баб-эль-Мандебского пролива достигла критической точки, превратив стратегически важный водный путь в зону постоянного риска. Этот узкий участок океана, разделяющий Африканский рог и Аравийский полуостров, сегодня стал инструментом давления в глобальном противостоянии.
Все началось с усиления влияния йеменского движения «Ансар Аллах» (хуситы). В сентябре 2026 года группировка закрепила свои позиции, взяв под контроль ключевой йеменский порт Моха. По данным Reuters, этот захват существенно укрепил контроль хуситов над проливом. Ситуация осложняется тем, что Тегеран, по версии западных разведок, не только снабжает повстанцев оружием через порты Ходейда и Салиф, но и передает им разведывательный данные с военных кораблей, находящихся в Красном море. Это позволяет совершать точечные диверсии против коммерческого флота.
Последствия этого противостояния стали ощутимы для всей мировой экономики. С ноября 2023 года, когда хуситы начали атаковать суда в знак солидарности с Палестиной, морской трафик через пролив рухнул на 60–70%. Крупные логистические компании были вынуждены сменить привычный маршрут через Суэцкий канал на более длинный путь вокруг Африки (чело через Мыс Доброй Надежды). Такой маневр увеличил дистанцию на 3200 морских миль, а время в пути выросло на неделю и более, что неизбежно спровоцировало скачок цен на перевозки.
Под ударом оказалась не только логистика, но и продовольственная безопасность целых регионов. Из-за дестабилизации торговых путей пострадал импорт зерна в Судан, Эритрею и Джибути. Израильский порт Эйлат столкнулся с катастрофическим падении товарооборота на 85%, а Иордания, чей порт Акаба обеспечивает почти весь импорт продовольствия в страну, также оказалась в тяжелом положении. Даже Египет, чья экономика критически зависит от сборов за проход судов через Суэцкий канал, переживает бюджетный кризис.
Сами «Врата скорби» — пролив длиной 115 км и шириной до 32 км — представляют собой сложнейшую навигационную задачу из-за рифов и течений. Пролив разделен вулканическим островом Перим на два пути: Большой канал (глубиной 310 м) и Малый (глубиной всего 10–30 м). На этом стратегическом перекрестке сошлись интересы многих держав. В Джибути базируются военные объекты США, Франции, Китая, Италии и Японии. Однако контроль над прибрежными территориями распределен крайне неравномерно: в толо время как за островами Перим и Думейра борются Эритрея и Джибути, северное побережье Йемена фактически находится в руках хуситов.
История конфликтов в этих водах уходит корнями в 1971 год, когда был обстрелян танкер под либерийским флагом. С 2015 года ситуация стала еще более агрессивной: после начала интервенции коалиции во главе с Саудовской Аравией, хуситы начали использовать ракеты, дроны и морские мины против нефтяных танкеров и военных кораблей. В ответ США и Великобритания развернули операции «Страж процветания» и «Poseidon Archer», нанеся почти тысячу авиаударов по объектам повстанцев в течение года. Тем не менее, атаки продолжались, жертвами становились даже суда под флагами России, Китая и Ирана — например, потопленное в 2024 году судно Rubymar, принятое за британское.
На сегодняшний день ситуация остается крайне хрупкой. Несмотря на временное перемирие в Газе в январе 2025 года, которое позволило отпустить экипаж захваченного судна Galaxy Leader, угроза возвращения боевых действий сохраняется. Любое обострение, связанное с гуманитарным кризисом в секторе Газа, мгновенно превращает Баб-эль-Мандебский пролив в эпицентр глобального кризиса, ставя под угрозу мировые поставки энергоносителей и стабильность международной торговли.
