Международный аэропорт Латакия, ставший важной точкой на карте сирийской авиации, официально переходит под контроль Главного управления гражданской авиации и воздушного транспорта Сирии. Это событие касается и прилегающей к нему российской авиабазы Хмеймим, которая функционировала в этом районе с 2015 года. О переменах в управлении авиагаванью сообщила пресс-служба ведомства через социальную сеть X.
В основе этого процесса лежит новый меморандум, подписанный между Москвой и Дамаском. Документ касается реорганизации российского присутствия в стране: гражданская инфраструктура передается под юрисдикцию сирийских властей, в то время как военные объекты России планируется трансформировать в совместные учебные центры. В ведомстве подчеркнули, что передача аэропорта — это не просто формальность, а критически важный этап для восстановления национального управления объектами гражданской авиации и их полноценной интеграции в единую государственную систему. У Дамаска амбициозные планы: власти намерены не только восстановить инфраструктуру аэропорта, но и возобновить регулярное авиасообщение.
История этого аэропорта полна перемен. Открытый в 1986 году, он прошел через смену названий: до 2021 года его именовали аэропортом Хмеймим, а в период до падения режима Башара Асада в 2024 году он носил имя Басиля Аль-Асада, брата экс-президента. С 2015 года примыкающая к нему база Хмеймим служила плацдармом для российских Воздушно-космических сил (ВКС), откуда осуществлялись как боевые операции, так и поставки гуманитарной помощи.
Политический ландшафт Сирии сейчас находится в состоянии глубокой трансформации. После того как в декабре 2024 года вооруженные группы свергли режим Башара Асада (сам экс-президент покинул пост и нашел убежище в России), к власти пришло переходное руководство во главе с Ахмедом аш-Шараа. Новое правительство пока не исключает возможности сохранения российских военных баз, если это принесет Дамаску ощутимую выгоду. В Кремле, в свою очередь, подтверждают, что Москва поддерживает активный диалог с новой сирийской властью по всем ключевым вопросам, включая статус российского военного присутствия в регионе.
